понедельник, 18 августа 2014 г.

Украинский город в осаде, жители "боятся только обстрелов" - New York Times

Автор: ЭНДРЮ Э. КРАМЕР, 14 августа 2014.
Фото:Mauricio Lima, The New York Times


ЛУГАНСК, Украина - каждую ночь, когда тьма опускается на Луганск, оказавшийся в центре гуманитарной проблемы и геополитических интриг, начинается артиллерийская игра в кошки-мышки.

В районе, застроенном высокими многоквартирными домами, жители сразу опознают хлопки минометных выстрелов, эхом отражающиеся от зданий. После этого они видят, как повстанцы быстро сворачиваются и уносят минометы.

Где-то через час начинается ответ украинской артиллерии: свист и разрывы артиллерийских снарядов из пушек, расположенных за городом, в бесплодных попытках заставить замолчать огонь повстанцев.

Украина и Россия препираются по поводу намерения Москвы послатьь конвой из 260 грузовиков с гуманитарной помощью для Луганска, где, как заявил в четверг Владимир Путин, наблюдатся "масштабная гуманитарная катастрофа".

Однако для людей, стоящих в очередях за хлебом и водой, змеящихся по улицам, жизнь тяжела, но далеко не превратилась в катастрофу. В предрассветных сумерках город оживает: пешеходы несут пластиковые бутылки для воды, направляясь к работающим фонтанам и продовольственным магазинам, полагая, что рано утром прилетает меньше снарядов. В одном из продовольственных магазинов были макароны, жевательная резинка, сахар, яйца и водка.

Единственное, от чего большинство жителей нуждаются в спасении - это артобстрелы, которые продолжаются днем и ночью.

"У меня есть все, что мне нужно, кроме мира" - рассказала в четверг пенсионерка Валентина Симоненко в очереди к роднику за водой. Позднее, по ее словам, она собиралась пойти купить хлеб. "Посмотрите вокруг, все боятся только обстрелов".

Луганск действительно выглядит мрачно: города осажден и частично заброшен, в домах нет электричества и воды, больницы переполнены, на улицах патрули нервных вооруженных людей, высматривающих шпионов.

Однако обстрелы остаются самой большой проблемой и самым тяжелым обстоятельством повседневной жизни. В четверг руководство сепаратистов заявило, что 40 человек были убиты в результате обстрелов за последние 24 часа.

По главному бульвару носятся повстанцы на грузовиках с системами "Град" с одной позиции в городе на другую, чтобы избежать неизбежного ответного огня.

Украинские войска находятся в сельской местности вокруг города, окопавшись на позициях в голой степи. В окопах и бронемашинах они почти неуязвимы для огня повстанцев любой интенсивности.

"Если одна сторона стреляет, другая отвечает туда, где стреляют" - рассказал доктор Геннадий Буниев, глава травматического отделения, аккуратно выбирая слова и настаивая на своем нейтралитете в конфликте. Окна его офиса дрожали от непрекращающегося обстрела.

Минометный расчет, действующий внутри города на территории, контролируемой группой сепаратистов "Луганская Народная Республика", вел стрельбу прямо за стенами больницы.

На этой неделе две ответные ракеты, выпущенные с украинской территории, попали во двор больницы возле родильного отделения и склада кислородных баллонов. К счастью, кислород не загорелся.

"Если бы он взорвался, разнесло бы всю больницу" - рассказал доктор Буниев.

Днем на главной улице, где воздух дрожал над раскаленным асфальтом и повсюду слышался огонь артиллерии, единственной машиной было медленно ехавшее такси, водитель которого так нервничал, что в конце концов просто высадил пассажиров на боковой улице, и им пришлось идти пешком до отеля,где не было ни электричества, ни воды, ни других постояльцев.

В больнице доктора Буниева лежало 16 человек с шрапнельными ранениями. У одного мужчины зияла рана в голове, у четырех пациентов были травмы мозга от взрывной волны.

Группа волонтеров с ведрами таскала воду в больницу; медсестры кипятили воду на костре во дворе.

Владимир Демиденко, хирург, рассказал, что прогонять минометчиков бесполезно. "Они нас не послушают" - сказал он. "Если мы пойдем жаловаться им, они нас убьют".

Обстрелы длятся уже так долго и разрушения так распространены, что в некоторых районах тяжело понять, где сегодня упали снаряды: выбитые стекла, срезанные ветви деревьев и воронки повсюду.

Полина Иванова, жительница одного из разоренных районов, с сочувствием отнеслась к минометчикам повстанцев. "Смотрите, сколько гражданских гибнет" - сказала она. "Они пытаются защитить нас, и им неоткуда больше стрелять. Мы окружены".

Она стояла на крыльце в предрассветных сумерках с Екатериной Владимировой, соседкой, у которой было другое мнение. "Обеим сторонам на нас наплевать", - сказала Владимирова. "Для них это игра. Одни стреляют туда, другие сюда, а простые люди страдают".

29-летний Олег Романов рассказал, как в ужасе прячется в квартире с женой и годовалым сыном: "всю ночь бухает, с потолка сыплется штукатурка". Затем он встает в 4 утра, чтобы занять место в очереди за водой, а затем пробежаться по магазинам поискать продуктов.

"Повстанцы стреляют из Градов и уезжают, а потом, конечно, туда приходит ответ" - заявил он. "Повстанцев к тому времени там уже нет, но люди-то еще есть".

Взять комментарий у представителей Луганской Народной Республике о тактике стрельбы из жилых районов, вызывающей ответный огонь, не удалось. Подросток с автоматом Калашникова, стоявший у здания штаба за мешками с песком утром четверга, заявил, что пресс-служба не работает.

Луганск, обширный, пыльный промышленный город, где градообразующим предприятием был ныне не работающий завод локомотивов, до войны имел населением в полмиллиона. Трудно сказать, сколько человек покинули город: по разным оценкам от трети до двух третей. Но во многих домах остаются жители. Одна женщина сказала, что в 7 из 10 домов на ее улице до сих пор живут люди.

В очередях за водой люди общаются и распространяются слухи о том, признала ли Россия Луганскую Народную Республику (не признала) и вошли ли украинские войска в город (в четверг это было еще неясно). Любое из этих событий может означать конец их бед. Разговоры идут и о мародерстве, которое встречается часто.

"Нет ни пожарных, ни полиции, да и как мы им позвоним - телефоны же не работают" - рассказала Оксана Мамедова, стоя на улице, усыпанной гниющими грушами.

"Жить страшно" - сказала она. "Страшно идти в магазин, но страшно и сидеть дома".

Комментариев нет:

Отправить комментарий